в которой неожиданное счастье сыграет с Ингваром злую шутку.
ГЛАВА 5,
в которой «белый воротник» спасает своего друга.
ГЛАВА 6,
в которой Ингвар попадает в замок властительного Князя.
ГЛАВА 7,
в которой неожиданные встречи продолжаются.
ГЛАВА 8,
в которой Ингвар узнаёт тайну спящей девушки.
ГЛАВА 9,
в которой Ингвару приходится делать то, чего он не хочет.
ГЛАВА 10,
в которой Ингвар узнаёт тайну лесных разбойников.
ГЛАВА 11,
в которой коварный план Тамаса удался.
ГЛАВА 12,
в которой Белая Собака поведала о подземном русле.
ГЛАВА 13,
в которой Ингвар находит принцессу Софию и помогает своим друзьям.
ГЛАВА 14,
в которой Ингвар своим неожиданным выбором разрушает планы Князя.
ГЛАВА 15,
в которой пробуждается спящая красавица, и праведный бой начинается.
ГЛАВА 16,
в которой Чёрный Князь празднует победу.
ГЛАВА 17,
в которой коварный Нил принял расплату из собственных рук.
ГЛАВА 18,
в которой смерть побеждена жизнью.
ГЛАВА 19,
в которой живая вода возвращается.
ГЛАВА 20,
в которой Великий Царь возвращается.
ГЛАВА 21,
в которой Артур и Ингвар принимают важное решение.
Вступление
Сегодня, мой проницательный друг, я поведаю тебе одну старинную историю, которая длится уже не одну сотню лет, историю о живой воде. Для одних она была как ... Но об этом, впрочем, потом. А сейчас постарайся представить себе старинный город с каменной мостовой, гулким эхом отдающей каждый шаг, узкими извилистыми улочками с плотно прижатыми друг к другу, обшарпанными домами и толстой городской стеной, властно отгородившей Серый Город от всего мира. То, о чем я хочу тебе рассказать, произошло именно там. Слушай....
У хитрого и изворотливого сапожника Якоба жил бедный, но добрый подмастерье Ингвар. Он был до того худ и лишен всякой житейской мудрости и сноровки, что все, знавшие его, тихонечко посмеивались над ним, называя его "свалившимся с небес”. Уж очень он отличался от нормальных жителей Серого Города, которые никогда ниоткуда не сваливались, а в особенности с небес. Ингвар не обижался на это прозвище. Оно ему даже чем-то нравилось, напоминая о том, что где-то у него есть настоящая, другая родина, а все, окружавшее его, совсем и не его, а чужое.
Ингвар всегда простодушно улыбался в ответ, и никто не мог сказать ничего злого, встречая такой открытый и приветливый взгляд. Всем было непонятно, как и что он делает в этом стесненном городе, как будто он действительно принадлежал совершенно иному миру. Но Ингвар жил тут, и все привыкли к этому немного странному, но безобидному юноше с добрыми голубыми глазами. Вот о нем-то и пойдет далее речь.
ГЛАВА 1,
в которой Ингвар найдет себе необычного друга
Жить Ингвару у сапожника было тяжело. Но он, как и все другие подмастерья даже не знал этого, считая, что только так и надо жить. Сапожник был властным и часто наказывал своих подмастерьев за малейшие провинности. Потому они жили тихо, как мыши, да и жильё у них было подходящее - сырой подвал мастерской, разделённый на несколько маленьких каморок.
У сапожника была жена. Ее никто их подмастерьев почти и не видел, но они хорошо знали, что их хозяин во всем слушался ее. Говорили, что она имеет какое-то отношение к их властителю - Черному Князю. То ли она обучалась у него, то ли выросла там, но во всяком случае, сапожник был в полной ее власти, как хорошая податливая игрушка.
С первых же дней своего появления в доме Якоба Ингвар ощутил ненависть жены сапожника к себе. Почему она невзлюбила его, бедный юноша не знал, но из-за этого он попал в немилость и к самому сапожнику. Теперь он был обязан позднее всех ложиться и раньше всех вставать. Сапожник кормил его, давал кров, но ничего не давал из заработанных им денег. Ингвар всем был ему обязан и очень тяготился этой зависимостью. Как бы он хотел, чтобы у него выросли большие крылья, и тогда он улетел бы от Якоба, из его душной мастерской туда, где нет коварства и ненависти. Но крыльев у Ингвара не было, поэтому ему приходилось молча сидеть у чуть приоткрытого потускневшего оконца и помышлять о том, что где-то есть зеленые бескрайние поля, бездонное голубое небо и зеленеющие дали лесов. Сам Ингвар этого никогда не видел. Сапожник редко выпускал его из своей душной мастерской, да и то лишь на торговую площадь. Но однажды Ингвар слышал об этом в одной чудной песне, которую пел проходивший мимо странствующий шарманщик. Ему так захотелось пойти с ним и слушать, слушать эту простую песню. Но сапожник не любил шарманщиков и их странные песни. Он закрыл дверь на чугунный засов и приказал закрыть все окна в доме, чтоб ни один звук не долетел до его мастерской. Так все и сделали. Ингвар боялся нарушить приказание своего хозяина, а шарманщик так и прошел мимо их дверей, унося вслед за собой слова этой дивной и простой песни о зеленых лугах, не скошенных полях и голубых далях. Только и осталось от всей песни лишь несколько строк, которые запомнил и бережно хранил в себе Ингвар.
Теперь часто он напевал их, сидя за работой. Вот и сейчас он упоительно мурлыкал эту мелодию под нос, чиня рваные подметки. В своих мыслях Ингвар улетал к этим светлым и неведомым далям. Он даже не заметил, что стал напевать песню почти вслух. Его хозяин, услышав какие-то странные слова, недовольно и неоднозначно посмотрел на своего незадачливого подмастерья. Якоб ужасно не любил ничего нового и чужеземного, особенно песни каких-то бродячих музыкантов. Они сильно раздражали его, и от этого у него начинала болеть голова.
- О! Перестань! - закричал Якоб. - Перестань скулить эти песни. От этих слов у меня начинает болеть голова.
И он встал, держа свою полысевшую голову руками. Видно, она действительно заболела у него. Он встал и пошел наверх к своей жене. Ингвар замолчал. Он не желал злить своего хозяина, но и остановитьсяне мог, так его захватила эта нехитрая песня. "Буду я петь в себе”,- сказал сам себе Ингвар и продолжил петь, поднимаясь и улетая в мыслях подальше от этой будничной суеты. В мастерской ничего не было слышно, кроме громких постукиваний молотков.
Тут Ингвар услышал, что его потаенная мелодия играется и снаружи. Он перестал петь ее внутри, но мелодия не перестала слышаться, а даже наоборот становилась с каждой секундой все громче и громче. Она не просто пелась, а громогласно трубилась. Все подмастерья кинулись к тусклым, маленьким окнам мастерской.
Они увидели, как по улице шли двенадцать статных трубачей и барабанщиков, которые пели эту песню. Позади них тихо шагали белые кони, тащившие за собой большую кибитку, из которой выглядывало еще несколько радостных лиц.
-Эй, жители Серого Города, идите поскорей на городскую площадь. Там сегодня будет дано представление. Спешите увидеть. Спешите прозреть! - кричал кто-то из кибитки.
Прохожие оглядывались на столь необычное шествие и провожали их удивленным взглядом. Они не привыкли к таким речам и не любили, когда что-то нарушало их привычный покой. Но процессия с трубачами, словно не замечая эти недовольные взгляды, продолжала идти по улицам и звать всех на представление.
Сердце Ингвара сильно забилось. Его так и тянуло туда. Якоба нигде не было. Ингвар потихонечку открыл массивную дверь и вышел из мастерской. Он вдохнул весенний воздух, выпрямился, и ему показалось, что он вырос. Здесь не надо было сутулиться и пригибаться, вдыхая едкий запах клея. Ингвар смело пошел вслед за трубадурами. Но только он сделал несколько шагов, как из открытого окна верхнего этажа послышался пронзительный крик: "Верните его скорей, верните! Он не должен идти туда! Это для всех нас опасно!” Это кричала жена Якоба. Ее черные волосы разлетелись, а миловидное лицо исказила ярость.
- Что ты так беспокоишься? - пытался успокоить ее сапожник. - Не стоит так волноваться из-за какого-то глупого подмастерья. Пошляется, пошляется, а потом все равно придет. Ему ведь некуда идти. Ну а когда появится, я устрою ему такое представление, что век помнить будет. Пусть только появится! - и сапожник грозно показал Ингвару свой увесистый кулак.
- Нельзя ему туда, нельзя! - все не успокаивалась жена. - Остановите его! Остановите!
Сапожник никак не мог понять, что так рассердило его красавицу-жену. Он даже не узнавал ее. Никогда еще она так не вела себя...
