В давние годы, а может, и совсем недавно, жил на земле мужик.
И все у него было, да вот беда: был он слаб и хвор нутром своим, и ничего его в
жизни его складной не радовало - ни дом-полная чаша, ни жена-красавица, ни дети
разумные. Все вокруг живут, радуются, а он все нутром мается, думы скорбные
думает о своем житье-бытье. Все кругом Бога славят, а он один такой - не
такой...
И вот надоело мужику так маяться, света белого не видеть
от дум мрачных. Вышел он темной ночью бессонной из дома своего, сел при дороге
и говорит сам в себе: "Буду я ждать Ангела Божия со Словом Живым. И не
сойду с этого места, доколе не дождусь!"
Сидит, ждет - не шлет к нему Бог Ангела своего.
Закручинился мужик еще больше.
Светать стало. Видит тут, идет ему навстречу женщина
молодая, а на руках - ребеночек спеленатый в крик заходится, издалека слыхать.
Поравнялась с ним женщина и говорит:
- Не откажи, добрый человек, в милости, дай хлеба мне
хоть самую малость. Не ела ничего весь день, и не стало молока у меня, плачет
младенец от голода.
- Нет у меня хлеба. Ничего нет, кроме скорби сердечной,
да черных дум. Вот сижу да жду Ангела Божия со Словом Живым.
- Ну а коли хлеба нет, - отвечала женщина, - так проводи
меня туда, куда я путь держу, понеси ребенка на руках,
стань защитой в пути и опорою.
Обернется тебе все добро твое
улыбкою детской и радостью!
- Ступай с миром себе, непутевая.
Ведь сказал же тебе: жду я Ангела!
Утерла женщина слезу, обняла ребенка покрепче и пошла по
дороге вперед.
Сидит дальше мужик, думу думает.
А меж тем день
наступил, солнце ясное в небе заиграло. Вдруг видит, несется по дороге
мальчонка, а в руках его - старинная книга в золотой оправе резной. Увидел его, и к нему:
- Помоги, спаси
меня, дяденька!
Слабых сил моих
больше нет бежать.
Лишь вчера на свет
появился я,
и уже хотят люди
лютые
отобрать силком
книгу-жизнь мою.
Подымись, возьми
меня за руку,
и пойди со мной,
куда путь держу.
В книге этой
старинной все сказано –
и куда идти, и что
делать там.
Коль пойти со мною
отважишься,
будем вместе с
тобою читать ее,
и вернется к тебе
все добро твое
светлым взглядом и
доброй совестью.
- Погоди-ка, брат,
а не вор ли ты?
От кого бежишь? И
где книгу взял,
что вся золотом
изукрашена?
Уходи, дитя, ведь
поклялся я.
Не вводи в соблазн,
жду я Ангела!
Покачал головой
мальчонка, вздохнул, словно взрослый, да и побежал по дороге дальше.
А мужик ждать у
дороги остался. Ехали люди лихие мимо. Видать те, от которых мальчонка
спасался. Увидали мужика, налетели, избили, ограбили, да и оставили при дороге
лежать.
А как сумерки
наступили, услыхал он топот копыт по дороге. Приподнял голову от земли, смотрит
- всадник сильный прямо на него едет. Испугался мужик, отполз в сторону. А
всадник тот поравнялся с ним и вынул меч из ножен. Решил тут мужик, что, конец
его пришел, а всадник и говорит:
- Кто обидел тебя,
добрый человек?
Кто втоптал во
грязь славу-честь твою?
Подымись, садись
на коня со мной,
коль нет сил в
тебе, чтоб вперед идти.
Полезай в седло,
конь мой выдержит!
Вместе мы пойдем,
победим врага.
Белый конь силен,
меч стальной остер,
всем обидчикам -
воздаяние,
по лукавству их -
тьма кромешняя.
Отвечал мужик:
- Благодарствую,
но с тобой идти не
могу, прости,
ведь поклялся я,
жду я Ангела.
Развернул всадник
коня на месте, взвился белый конь на дыбы и помчался во весь опор вперед по
дороге, только пыль поднялась облаком.
А мужик сидеть
остался. А тем временем и ночь настала.
Тут видит: идет по дороге старичок серенький, седенький,
ни вида, ни величия. Идет, спотыкается, на клюку свою опирается. Видно,
издалека путь свой держит. Поравнялся с ним, шапку снял, приветствует:
- Здравия тебе,
добрый человек!
Проводи меня в дом свой прибранный,
напои водою студеною.
С далека иду, притомился в ночь.
Выходил я в путь малым дитяткой,
познавал свой путь тихим отроком,
охранял сей путь сильным юношей,
так в пути своем и состарился.
Этот мир глаза мои видели,
но сильней его - свет невидимый.
Много я тебе
рассказать могу,
коль решишь мою повесть выслушать.
Тот ему в ответ:
- Проходи старик,
недосуг теперь, не до россказней.
Не могу идти, ведь поклялся я
с места не сходить - жду я Ангела!
Совесть жжет меня, мается нутро,
с утра раннего - думы скорбные.
Покачал старик головой седой и пошел по дороге вперед,
опираясь на клюку свою. А мужик сидеть остался.
- Чего зазря сидеть? А не пойти ли и мне? - подумал он.
Ведь ведет же эта дорога куда-то? И даже немощные младенцы делаются на ней
мудрыми старцами, знающими свет Небесный...
Но тут опустилась на землю тьма ночная и поглотила дорогу
собою. Как теперь идти-то, ни зги не видно! А тут еще и холод ночной пробирать
стал до костей да подхлестывать. И побрел мужик назад наощупь, на тепло печки
да на запах пирогов с капустой, что жена его, красавица, напекла. Так и не дождался
он Ангела...
- А и есть ли он, этот Ангел, коли я весь день у дороги
просидел, да так ничего и не увидел? Видать, и нет ничего, а болеть нутром да
мучиться совестью - удел человека на земле. Но дал Бог человеку и утешение -
дом, жену да пироги с капустой... Видно в том и есть слово Радости.